Великолепный век

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Великолепный век » Отголоски реальности » Что-то кончается, что-то начинается (с)


Что-то кончается, что-то начинается (с)

Сообщений 1 страница 10 из 10

1

Дата и время действия: 17 мая, первая половина дня
Место действия: Гарем султанского дворца, предположительно, покои Михримах Султан
Участники: Михримах Султан, Айнур Хатун
Событие:
Меняется и время и мечты,
Меняются, как время, представленья.
Изменчивы под солнцем все явления.
И мир всечасно видишь новым ты.

Во всем и всюду новые черты.
Но для надежды нет осуществления.
От счастья остаются сожаления,
От горя - только чувство пустоты.

Уйдет зима, уйдут снега и холод
И мир весной, как прежде, станет молод
Но есть закон: все обратиться в тлен.
Само веселье слез не уничтожит.
И страшно то, что час пробьет быть может,
Когда не станет в мире перемен. (с)
___________________________________
Даже, когда стоишь на пороге больших перемен, крайне трудно отпустить тех, кто был дорог, да и обещания следует выполнять.

Отредактировано Ainur Hatun (2013-05-17 14:05:59)

+1

2

Последние стежки ложились ровно и гладко, создавая идеальную, волшебную картину, только вот саму Айнур завершение труда многих дней совершенно не радовало. Теперь девушка осталась один на один со своими мыслями, не находя в себе сил отвлечься. Утренняя встреча с Шехзаде  поселила в душе неуверенность и страх. Конечно же, княжна не желала обидеть, просто высказала свое мнение, как привыкла это делать дома, но Мехмету явно пришлись не по душе эти странные и непонятные для здешних нравов речи. Так или иначе, где-то глубоко внутри блондинка боялась, что господин не пожелает даже смотреть в ее сторону, посчитав рабыню неблагодарной глупой девкой. Однако, даже себе не призналась бы гордая Неждана в том, что молодой человек смог вызвать какие-то ответные чувства и интерес в ней самой.
Так или иначе, а перемены теперь на лицо, случилось то, что случилось, глупо обвинять Хранителей, если сама сглупила. Теперь нужно хотя бы исправить то, что вообще возможно. Приходится сменить свое простое платье на то самое, которое подарила девушке султанша, волосы собрать в привычные уже косы и украсить дарами Шехзаде, не забыть о броши и кольце. Бесполезно скрывать от Михримах то, о чем уже судачит весь гарем. Конечно, Февронье завидовали, но новоявленная любимица Мехмета старалась не подавать вида, что шепотки раздражают, по обыкновению старалась казаться безучастной и холодной к происходящему вокруг.
Больше оттягивать не было смысла, как только Айнур привела себя в подобающий вид, тщательно свернула расшитое платье и попросила Агу проводить ее к Михримах Султан. К Госпоже была послана Калфа, вернувшаяся с позволением, только после этого рабыню допустили в покои юной султанши.
Как и обычно, Михримах была окружена приближенными девушками, которые прекратили разговоры при появлении блондинки, Айнур решила, что виной всему были новые украшения, прекрасно демонстрирующие ее нынешнее положение, но сейчас думать об этом было излишне.
- Хорошего дня вам, госпожа моя, - склониться в почтительном поклоне и поцеловать подол платья, - Я наконец-то выполнила свое обещание, позвольте показать вам результат.
Повинуясь жесту, рабыня развернула сверток и разложила на ковре перед султаншей вышитое платье, склонившись в позе почтения и покорно ожидая реакции.

0

3

Михримах ворвалась в покои словно ветер, со злостью сняла с пальцев перстни и бросила на кровать злополучную диадему.
Как он смеет! Как он смеет говорить такое? Он думает, что я поверю ему? Ведь его высокомерие по отношению к Малькочоглу не прикрыто ничем!?
Султанша?
Тихий голос рабыни вернул ее к реальности, она сделала два глубоких вздоха, успокаивая будущую в себе бурю эмоций и повернулась на голос.
- Есть что-то для меня?
Требовательный голос султанши возможно был немного жестче, чем она того хотела.
- Госпожа, Шехзаде преподнес Айнур Хатун дары, весь гарем говорит об этом. Не просто дары, а ларец с драгоценными камнями.
- Наложницы слишком много сплетничают, они стали невероятно шумными без Валиде. Но она скоро вернется и поставит всех их на место.
Михримах прошла к диванчику и ополоснула руки в теплой воде, которую подала ей рабыня, а в следующую минуту в покоях показалась Калфа, возвестившая о том, что за дверьми ждет Хатун.
- Пусть войдет.
Михримах смотрела в строну, ей не хотелось рассматривать новые дары девушки. Но та оказалась умнее, и одела платье, подаренное ей Михримах. Жест рукой и больше ничем она не удостоила свою рабыню, но когда Айнур развернула ткань, Михримах не смогла сдержать восторженного вздоха.
- Я хочу деть его, сейчас же!
Султанша и ее рабыня, которая помогала ей одеваться каждое утро, ушли в смежную комнату, и вернулись через пару минут. Тщательно поправив свои волосы, Султанша велела подать ей соответствующие украшения и, наконец, ее образ был завершен.
- Это прекрасное платье, Айнур, ты постаралась на славу. Значит не только очарованием моего брата ты занималась все это время. Нет ... Луноликая подняла вверх руку, показывая, что Айнур следует молчать в тот момент, когда говорит на, даже если Хатун не собиралась оправдываться.
- Выйди.. А это уже полагалось рабыне. Теперь Михримах и новоявленная любимица остались наедине. Настроение принцессы тут же изменилось, она стала мягче и спокойнее. Платье действительно подействовало на нее положительно.
- Это хорошо, что Мехмет одарил тебя такими дарами. Должна признаться, что они тебе очень идут. Ты должна быть очень внимательной, старайся не расстроить его ничем. И если вдруг он обратит внимание на кого-то еще, веди себя так же. Никогда не строй ни против кого козни в гареме, не ссорься и самое главное - не понеси от него раньше, чем его отправят в санджак. У Шехзаде не может быть детей, пока он не станет наместников в одной из провинций. Иначе, тебя лишат невинного дитя, и вышлют из дворца.

+1

4

Столь холодный прием невольно отдался внутри неприятным холодком. Чем я могла прогневить Госпожу?! Уж не тем ли, что выполнила приказание Мехмета, но, ведь, Хранители ведают, по своей воле я бы не решилась на подобное, вполне хватало и того, что Михримах заметила и приблизили к себе, этого тоже не каждая здесь добиться смогла… Внешне рабыня остается спокойной, только вот ногти впиваются в ладони, боль помогает прийти в себя, заставляет прекратить ненужную сейчас панику и истерику. На все воля Богов, но здесь нет моей вины, в прочем, какое дело есть до моего мнения, - торопливо спрятать горькую усмешку.
Возглас султанши заставляет вздрогнуть, возвращая в реальность и вместе с тем успокаивая хоть немного. По крайней мере, приятно осознавать, что результаты стоят затраченных усилий. Совсем мало времени прошло, а Госпожа уже любуется собственным отражением в зеркале, что невольно вызывает улыбку и какое-то едва понятное чувство удовлетворенности. Только вот ее слова заставляют внутренне неприятно сжаться, подобно ежику спрятав слабое тельце за острыми иголками, больно обжигающими руки неосторожного ребенка. Неужели все вокруг теперь будут думать, что я нарочно пыталась обратить на себя внимание Шехзаде?   Почему в любом моем поступке видят стремление возвыситься? Вопросы вертятся на языке, но задать их непозволительно.
- Благодарю вас за столь ценные советы, Госпожа моя, - опуститься на колени и коснуться губами края одежды. Если бы вы только позволили… я бы хотела и впредь радовать вас, Михримах Султан, конечно, я не настолько искусна, как многие ваши мастерицы, однако, возможно, и мои руки пригодились бы. Крайне трудно о чем-то просить, когда сама всю жизнь приказывала, но сейчас это необходимо просто потому, что княжна знала, что без какого-либо привычного дела все страхи и сомнения однажды вырвутся наружу. Особенно теперь, когда из рядовой рабыни она превратилась в ту, на кого обратили внимание дети Валиде. Каждый шаг и поступок будет отныне передаваться из уст в уста и обсуждаться каждой обитательницей гарема.  Достаточно уже было утренних шепотков и завистливых взглядов.
Последнее наставление султанши заставляет настороженно замереть, закусив губу и побледнев:
- Госпожа.. я же была в покоях Шехзаде этой ночью, а вдруг я…, - сглотнуть и с трудом заставить поднять взгляд, - Нельзя ли обратиться к вашим лекарям, дабы я была спокойна и не поставила Господина в неловкое положение. А там, на все воля Аллаха.

+1

5

Михримах снисходительно улыбнулась, и протянула руки к девушке, поднимая ее за плечи. Она увидела искренность в ее глазах и мольбу в словах, это тронуло султаншу, и она решила помочь. Тем более, дин раз уже случилась беда в любовью его брата, зачем было допускать подобное второй раз.
- Хорошо, я помогу тебе. Вечером лекарь принесет тебе настой. И будет приносить каждый раз, когда Мой брат Мехмет призовет тебя. Никто не должен знать об этом, Айнур, ведь на все воля Аллаха.
Михримах было жаль многих девушек в гареме, ведь большинство из них так никогда и не познают любовь повелителя или Шехзаде. И жизнь в гареме была жестокой. Наложница могла обратить на себя всеобщее внимание лишь тогда, когда забеременеет и родит Шехзаде. И чем больше шехзаде у наложницы, тем она сильнее, тем больше у нее сторонников, ведь все хотят сохранить власть, когда Повелителя сменит Шехзаде. Империя поделилась на два лагеря, и это был не секрет. Одна сторона поддерживала Шехзаде Мустафу, благородного и любимого брата Михримах. Она и сама была его любимицей. Другая сторона поддерживала Хюррем Султан и всех ее Шехзаде, ведь власти у нее было несоизмеримо больше, чем у Махидевран, первой Хасеки Повелителя. Хюррем была законной женой, впервые в истории. Не до нее, не после, такого больше не будет.
- Твои руки искусстны, я хочу, чтобы ты и дальше делала столь прекрасные наряды для меня. Хорошо, присядь со мной, расскажи мне, каково это быть любимой.
Айнур за одну ночь стала просвещеннее Султанши, поэтому Михримах хотела знать если не подробности, то хотя бы чувства наложницы. Она отошла к дивану и похлопала по месту рядом с собой. Удивительно как одна ночь с Шехзаде изменила жизнь наложницы, теперь она могла сидеть рядом с султаншей, если та ей позволит. А если ее возьмут в санджак, в который так спешит уехать Мехмет, тогда ее возможности станут несоизмеримо больше. Но понести от Шехзаде и родить ребенка это еще полбеды, нужно сохранить любовь мужчины, у которого есть еще много прекрасных женщин, мечтающих о том же.

+1

6

Очередная дерзость с ее стороны: слишком уж неуважительно озвучивать подобные просьбы, особенно членам правящей семьи, однако, Михримах Султан и здесь пошла на встречу, от чего с души свалился тяжелый камень, не первый и не последний из множества преследовавших сомнений. Конечно же, можно было еще долго уверять Госпожу в собственном благоразумии и верности, только вот стоило ли. Если ей посчитали нужным помочь, причины выпытывать бесполезно, не стоит испытывать терпение Луноликой. 
Как же меняется жизнь. Самое страшное, что я до сих пор не могу смириться со своим положением, следовать предназначенным мне путем… Что теперь делать, как справиться с самой собой?
Боги, мои Боги Прави,
Чёрные да белые,
Подскажите своей дщери,
Чаду неумелому,
Как пройти по лезвию мне,
Тонкому да вострому,
Через топи да болота
К оберегу-острову.
Три души во мне - три зверя,
Рысь, медведь да серый волк.
Разбрелись по тёмным дебрям
Отыскать во мраке толк.
Только толку что-то мало,
Вот и мечутся они,
Вечно попадая в западни. (*)

- Госпожа моя, я рада услужить вам, это лишь малая частичка, которой вы достойны за свою доброту и ласку, - склонить голову в знак почтения и густо покраснеть, услышав вопрос девушки.
Конечно же, на родине нравы были гораздо свободнее, так, к примеру, Неждана с измальства знала о том,  что бывает между супругами, когда те остаются в клети одни, но вот говорить об этом вслух, как-то неприлично…
Абсолютно механически присесть, выполняя пожелание султанши и все же призадуматься над ответом. Трудно было разобраться в чувствах к Шехзаде. Все эти месяцы Февронья убеждалась, что любовь лишь глупые сказки для маленьких детей, существует лишь долг и обязательства. Здесь она лишь обыкновенная рабыня, которую Шехзаде выделил из множества остальных, только вот был ли у Айнур выбор?! Конечно же, Мехмет поинтересовался  ее мнением, только эта была формальность. Что ожидало неблагодарную рабыню, которая посмела бы отказать Господину? Уж точно ничего хорошего… Так или иначе,  но оправдывать себя, пряча за покорностью очевидное было легче: трудно относиться холодно к тому, кто за столь короткий промежуток времени показал себя терпеливым и внимательным, когда мог просто взять требуемое, совершенно не волнуясь о чувствах очередной девушки.
Краска невольно заливает лицо, но приходится поднять взгляд на собеседницу, только вот руки выдают волнение, комкая край собственного платья.
- Шехзаде самый чуткий нежный и заботливый мужчина на свете, я уверенна. Эта ночь была незабываемой и волшебной, - возможно, первой и последней для меня, - мысленно добавила наложница. Правда, я опасаюсь, что обидела вашего брата своей неблагодарностью, - невольно помрачнеть, опуская глаза, - Теперь мне даже стыдно оказаться рядом с ним, и я не представляю, как могу загладить собственную вину…
У Айнур не было подруг, так что именно Михримах можно было открыть эту тайну, мучавшую с момента ухода Мехмета. Если Госпожа не сможет помочь, так больше никто этого и не сможет сделать…
__________________
(*С. Трофимов "Боги, мои Боги" - изменен род)

+1

7

Михримах даже сидеть в таком красивом платье не хотелось. Она уже знала, чем займется. Пойдет в сад или к Повелителю или навестит своих братьев. И она уже знала, какое следующие задание даст Айнур. Она вышьет платье для Валиде, и когда мама вернется, у нее будет прекрасный подарок, в котором она предстанет перед Повелителем. Султанша улыбалась своим мыслям до тех пор, пока наложница не заговорила о том, что обидела Шехзаде.
О, Аллах, как такое возможно?! Она же не первый день в гареме. Девушек учат всему, что они должны знать. Все они здесь для развлечения Повелителя и Шехзаде, и для рождения на свет Шехзаде.
- Что ты сделала, Хатун, откройся мне, и я попробую помочь.
Она дотронулась до руки Айнур. Девушка казалась ей доброй и спокойной, не желающей устраивать гаремные интриги и участвовать в них. Чистая и непорочная, без чьего-либо дурного влияния.
- Мехмет добрый и справедливый шехзаде, но как и все шехзаде он чтит традиции и законы. Если ты что-то сделала не так, он мог сказать тебе об этом. Я не могу вмешиваться в его отношения со своими наложницами, но дать тебе совет вполне мне по силам.
Айнур выглядела очень обеспокоенной, но вместе с тем Султанша видела то, что не скрывалось от ее взгляда. Айнур кажется была влюблена в Мехмета, волнение скрывать она не могла, да и не нужно было это. Она переживала не о потере своего места, а о потере внимания шехзаде. Это было так близко самой Михримах, недавно и она пережила жестокую потерю. Слова Малькочоглу о том, что для него она все еще ребенок и член династии, и чувства его к ней соответствующие, разбили юное сердечко. Султанше казалось, что она намного старше наложницы, хотя они были ровесницами. Наверное все дело в том, что Михримах росла в гареме и знает все о жизни здесь, и о том, как судьба бывает неблагосклонной к наложницам и жестокой. И даже Хасеки Повелителя, его жены, подвергаются порой злому року судьбы. Каждая из них желает счастья своим детям, и от этого неизменно страдают окружающие. В гареме сложно кому-то доверять, найти тех люде, которые будут служить тебе верой и правдой, и порой только страх или подкуп делает их верными. Айнур возможно стояла сейчас в начале своего пути, и ей нужно было научиться быть сильной. История знает весьма мало примеров, когда в гареме был мир и покой, и жены султана жили в мире между собой.

+1

8

Выбор оказался трудным, ведь гордая Айнур уже успела пожалеть о том, что решилась просить помощи у Султанши. С другой стороны, только Михримах могла бы разрешить эту трудную проблему. Конечно же, наложница прекрасно понимала, что если кто-то и виноват, то только она сама, совершенно забывшая о своем нынешнем положении.
- Госпожа моя, я никогда бы не посмела просить  вас вмешиваться, мне просто нужен совет. Я не очень хорошо еще понимаю и принимаю здешние порядки, от того и случился подобный глупый инцидент, столь сильно расстроивший вашего брата, о чем я очень сожалею. А далее Февронья тихо и как-то отстранено поведала Луноликой о произошедшем сегодня утром, о глупой просьбе, без злого умысла высказанной Господину, об его поспешном уходе и о царившем в душе смятении. Я готова принять любое наказание, но больнее всего было видеть разочарование во взгляде Шехзаде Мехмета.  Прекрасно пойму, если он не захочет больше даже смотреть в мою сторону. Во время этого нехитрого рассказа, девушка смотрела на носки собственных туфель, а руки комкали тонкую юбку яркого платья, подаренного Госпожой – единственного из красивых повседневных, приносивших радость и умиротворение.
В общем, теперь я совершенно запуталась и не знаю, что можно сделать. Я не говорю даже о том, чтобы вернуть внимание Господина, мне бы только получить шанс принести извинения, о большем я и не могу мечтать.
И все же, я верно поступила, к кому еще я могла бы пойти за советом. Михримах уж точно не распустит сплетен, а мне уже легче от возможности не копить в себе. Мысленно девушка вернулась в события прошлой ночи: улыбка Шехзаде, когда княжна преподнесла ему маленький искусно вышитый платок, его смех и нежные поцелуи, утреннее пожелание, дабы она, простая рабыня, разделила с ним завтрак.
Что бы не решил Господин, а я уверенна в справедливости и подчинюсь любому приказанию, если он не пожелает меня видеть, то поделом мне, глупой, сама получила то, что заслужила, не на кого пенять и сваливать вину.
Забывшись в волнении,  княжна вскочила с диванчика и принялась ходить по комнате, по обыкновению закусывая губы и даже не глядя на Госпожу. Девушка прекрасно понимала, что самое меньшее, что ее ожидает теперь, это ссылка в старый дворец, а уж там точно останется только молиться своим богам и тихо страдать от невозможности хоть что-то изменить.

+1

9

Михримах в отличии от Мехмета усмотрела в поступке наложницы бескорыстие. Она хотела дать ему понять, что ей не нужны все те блага, что он способен дать ей, лишь бы он оставался все также расположен к ней. Но с другой стороны Султанша, выросшая в гареме прекрасно видела, что значат все эти блага и понимала Шехзаде.
- Айнур Хатун, я всю жизнь провела в гареме и знаю здешние порядки. Быть любимицей Шехзаде или Повелителя это не просто милость, это гораздо больше. Шехзаде рано или поздно уедет наместником в Санджак, и ты поедешь с ним.
Михримах старалась говорить как можно доходчиво, так как Айнур нравилась ей, и пока Валиде не было во дворце она должна была видеть эту девушку насквозь, ведь она стала любимицей Шехзаде Мехмета, а значит в ее будущем будет либо все либо ничего.
- Когда ты уедешь в санджак, то перестанешь принимать то зелье, которое я тебе дам. Главной твоей обязанностью станет рождение Мехмету сильных и здоровых сыновей.
Шанс принести извинения, это уже лучше.
- Ты получишь этот шанс, Айнур.
Михримах улыбнулась и поднялась с диванчика, пройдя к сундуку с платьями, которые были здесь скорее для того, чтобы она иногда могла одеть их и повертеться перед зеркалом. Султанше не пристало носить наряды, которые обычно могли носить наложницы. Она достала оттуда платье небесно голубого цвета и уловив момент повернула Айнур к деркалу и приложила к ней это платье, говоря с ней теперь уже глядя в ее отражение.
- Раз уж пока моей Валиде нет я управляю гаремом, сегодня я приказываю тебе отправиться на хальвет к моему брату Мустафе. Ты сможешь получить шанс принести извинения. Я знаю, что лишь по незнанию ты допустила такую оплошность.
Ей нравилась Айнур, нравилась ее искренность и то, что она признавала власть и волю Шехзаде Мехмета. Только фраза, что она уверенна в его справедливости позволила Михримах получить полное моральное право помочь ей.
- От того, что ты сделаешь сегодня, будет зависеть то, как все для тебя получится в будущем.

+1

10

Решение Михримах выбивает из колеи, однако княжна все же благодарна Султанше за проявленное внимание и сочувствие. Все-таки, сама Айнур не понимала многих из здешних порядков, что иногда и являлось причиной некоторых возникающих неловкостей, да еще и гордый нрав было крайне трудно спрятать.
- Я все понимаю, Михримах Султан. Поверьте, я сама мечтаю о ребенке и совсем не потому, что так заведено, а скорее уж от того, что предназначение женщины давать новую жизнь, и я готова его исполнить, если только Шехзаде осчастливит меня своим драгоценным вниманием.
На самом деле,  Неждана даже думать боялась о том, что с ней станет, если Мехмет, оскорбленный глупым поведением наложницы, не пожелает слушать ее извинения и даже просто видеть. Однако, делиться и этими страхами с Госпожой было недостойно, и без того, Айнур позволила себе слишком много. Так или иначе, а ей дали шанс и более ничего не зависело от других, судьба была только в собственных руках. Но один вопрос девушка все же позволила себе задать:
Михримах Султан, простите мою дерзость, но имею ли я право преподнести какой-нибудь подарок Господину? У нас невесты неизменно дарили суженному рубашку, а здесь у меня даже возможности ее вышить не было, успела только платок, но и этим удивила Господина… Теперь вот не знаю, позволительно придумать ли что-то еще или это глупо и не позволительно в моем положении?
Так и замереть у зеркала, разглядывая очередной подарок Султанши, и невольно испытывая неудобство от такой чести, ведь далеко не каждую здесь засыпают подарками.
- Госпожа, благодарю вас от всей души, да продлит Аллах ваши дни и ночи, да подарит он вам большое и светлое чувство, - торопливо поклониться, - Никогда не забуду вашей милости к скромной рабыне. Знайте, что если когда-либо смогу вам оказать помощь, то сделаю это без малейших колебаний со своей стороны.
Здесь Айнур едва не переступила тонкую грань этикета, отошла от принятых порядков, понадеявшись на то, что Михримах сможет понять ее правильно, не усмотрит в ее словах оскорбления своей особе.

0


Вы здесь » Великолепный век » Отголоски реальности » Что-то кончается, что-то начинается (с)


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC