Великолепный век

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Великолепный век » Дорого, как память » «Без истинной дружбы жизнь – ничто» (Цицерон)


«Без истинной дружбы жизнь – ничто» (Цицерон)

Сообщений 1 страница 19 из 19

1

Дата и время действия:
1538 год, 14 мая
Место действия:
Гарем Султана Сулеймана
Участники:
Mihrimah Sultan
Ainur Hatun
Событие:
После предательства Фирузе Михримах так и не нашла себе рабыню. Ее юное сердце было слишком изранено тем, что наложница, которая была с ней с самого детства оказалась вероломной лгуньей. Но пришло время выбрать еще одну рабыню в помощь остальным, которые без Фирузе явно не справлялись.

+1

2

Прекрасное платье цвета фиалки настолько хорошо шло Михримах, что она провертелась перед зеркалом добрые пять минут точно, и только после этого позволила рабыне закрепить в ее волосах диадему, к которой крепилась тонкая прозрачная ткань. И все равно что-то было не так, хотя локоны лежали просто прекрасно, и султанша это понимала, ... просто ... она еще не отвыкла от веселого щебетания во время утренних приготовлений, и все еще никому не могла доверить свои тайны. Кроме матери, конечно, но кажется все это слишком для нее. Она открыла свое сердце Валиде, а та взамен желает поженить ее с Пашой. Михримах и раньше замечала знаки внимания от Рустема, но никогда бы не подумала, что тот наберется такой невероятной наглости и дерзости, чтобы просить ее руки.
Она чуть приподняла подбородок и улыбнулась, вспоминая, как в детстве подрожала матери во всем. Как стремилась быть похожей на нее, и как мечтала, что однажды ее свяжет такой же любовью, как и у Валиде с Повелителем. Михримах подошла к двери и постучала, не пристало султанше самой себе двери открывать, и когда они распахнулись перед ней, вышла из покоев направляясь в главный гарем. Теперь, в отсутствии Валиде здесь стало гораздо ... шумнее что ли. Наложницы весело щебетали, а рабыни даже позволяли себе не заниматься делами, а тоже что-то обсуждать.
Какие могут быть проблемы у рабынь?!
Михримах, сопровождаемая двумя своими служанками, ступила на порог общей комнаты. Ага тут же хлопнул в ладоши, возвещая о ее приходе, и все девушки встали в два ряда по обе стороны импровизированного коридора. Любимицы султана, те наложницы, которым когда-либо удостаивалось посетить покои Повелителя замерли на втором этаже, с любопытством смотря вниз. 
- Что здесь происходит, Ага, почему такой шум? Или девушкам нечем заняться?
Евнух тут же засуетился рядом с Михримах.
- Что вы султанша, просто перерыв после завтрака. Девушки всегда чем-то заняты. Сейчас у них начнется урок, калфа всех проводит к учителю.
Михримах быстро обвела всех взглядом и снова с легкой улыбкой посмотрела на евнуха.
- Хорошо, если так. Скажи, Ага, есть ли в гареме новые девушки? Мне нужна рабыня взамен той Хатун, которую отослали от дворца. Михримах знала, что наложницы до сих пор мусолят эту историю, поэтому нужно было пресечь все на корню и заверить всех, что Фирузе больше не вернется, никогда. И каждую девушку, посмевшую претендовать на большее, чем у нее есть, ждет та же судьба.   
- Но султанша, не лучше ли взять более опытную девушку, знающую традиции и обычаи?
- Нет, Ага, лучше взять ту, что еще не погрузилась в гаремный мир, ... ничьего дурного влияния ...
Евнух снова поклонился и быстренько, так, словно делал это сотню раз, разделил девушек. Большую часть отправил на урок, остальные же остались стоять, дожидаясь по всей видимости того, что будет дальше. Михримах медленно прошлась вдоль шеренги юных девушек и остановилась у одной из них - белокурой и большеглазой. Одетой просто, значит она еще не обратила на себя взгляды султана, но в ушах висели драгоценные сережки, значит - она подарок Султану. Что ж, Михримах могла взять себе в услужение любую, если только она уже не была переведена на этаж фавориток.
- Ага, кто эта девушка?
Не сводя взгляда с наложницы, Михримах чуть повернула голову в бок, позвав евнуха.
- Ее зовут Неждана, госпожа. Мне сказали, что ей дали имя Айнур. Она - русинка.
Михримах не смогла сдержать радостной улыбки, и только те, кто знали историю ее матери могли понять, чему так обрадовалась девушка.
- Айнур Хатун, ты знаешь кто я?
И имя ей тоже понравилось. Когда она только родилась, Валиде дала ей имя Михримах, что означало - солнце и луна, ведь она родилась в тот день, когда на небе можно было увидеть и солнце и луну одновременно. А если имя новой рабыни означает одну грань души Михримах, это ли не знак?

+2

3

«Никогда» – это всего лишь вопрос времени.


Дни были так похожи один на другой… Какие-то, совершенно обыкновенные заботы, абсолютно непривычные рукам юной княжны… Конечно же, в своем тереме блондинка была примером во всех делах, которые так необходимо освоить женщине, даже будь она трижды знатной и родовитой, а Февронья как раз таковой и была: ее семья брала начало еще от самого Рюрика, варяга смелого, установившего мир среди неспокойных и жадных до власти князей ее земли… Впрочем, теперь это не значило уже совершенно ничего: здесь, в гареме султанского дворца, у такой, как она, нет никаких особых привилегий и прав, только покорность и послушание могли помочь выжить. Не стоит еще и сбрасывать со счетов знания, но здесь еще ее пленители славно потрудились,  хватило у извергов сообразительности хотя бы обучить девушку языку и хоть каким-то малым и элементарным нормам поведения и выживания в новом для себя мире. Таким образом, вновь прибывшая, на фоне некоторых других рабынь выгодно отличалась кротостью нрава и тягой к знаниям, что несколько выделяло из общего ряда, надо признаться. А вот тот факт, что пришлось принять новую для себя веру, честно говоря, восторга совсем не вызвал, однако, на то была воля дарителя, а, значит, пришлось смириться.. Нет, никогда княжна не считала себя ярой христианкой, а уж тем более, что в их доме до сих пор поклонялись священной птице Рарогу – наставнику воинов и великих завоевателей… Да и дома теперь уже не было, как и семьи не осталось…
Требуется неимоверное усилие, чтобы вынырнуть из собственного мирка, заставить не думать.. просто не вспоминать, но забыть не возможно, воспоминания.. сны.. все возвращается каждую ночь, не отпускает.. не желает уходить… Закусив губу, с упрямым видом тряхнуть головой так, что одна из простых медных шпилек, украшенных скромными деревянными бусинами, просто вылетает из белоснежных локонов, но сейчас совершенно не до таких мелочей..
Как можно быстрее занять свое место среди других рабынь, таких же бесправных, как и она сама, насмешка судьбы, не иначе..
- Айнур Хатун, ты знаешь кто я? Новое, такое еще непривычное имя, невольно заставляет вздрогнуть, проходит несколько томительно-долгих секунд, прежде чем Неждана  справляется с собой, сейчас все выходит, будто бы тело совершенно не связано с разумом. Изящно поклониться, сложив руки на груди, не смея и даже не пытаясь смотреть в глаза говорящей (страшная дерзость, как ей говорили самые первые учителя), так и остаться в позе почтения и заговорить, тщательно подбирая слова (Февронья всегда с легкостью учила языки, но этот чужеземный, определенно был гораздо труднее остальных, так что проблемы с произношением все же имелись)
- Как же можно не знать о Михримах-хан, госпожа моя?! О вашей красоте и мудрости ходят легенды… Чем скромная и безликая рабыня заслужила внимание вашей лучезарной особы?
Замереть, подобно каменному идолу, ожидая дальнейшего развития событий…
Видимо, Боги мои даровали мне новый путь, остается только довериться их милости.

+1

4

Михримах посмотрела снова в строну евнуха и дала знак, чтобы и остальных девушек отправили на урок вслед за первой группой. Таким образом, в холле гарема остались только сама Михримах, две ее служанки, калфа и Ага гарема, ну и конечно Айнур.
- Михримах Султан.
Поправила рабыню принцесса.
- Не уверена, что в моем возрасте мудрость уже плотным покрывалом накрыла меня.
Михримах улыбнулась.
- Пройдись со мной в сад, погода сегодня чудесная.
Султанша знала, что девушки не выходят в сад, а свежим воздухом дышат только потому, что в одном их холлов гарема нет крыши. Однажды она наблюдала, как наложницы весело ловили руками снежинки, которые в этих краях явление весьма редкое. Михримах знала, как расположить к себе наложницу, стоит только дать им больше, чем они могут иметь. Для султанши прогулка в саду - каждодневное и весьма скучное времяпрепровождение, а для Айнур, вероятно, возможность посмотреть на сад, увидеть больше, чем позволено.
И она пошла к выходу, чтобы пройти один из коридоров, который вел в сад гарема в одну из султанских беседок, где сегодня принцесса планировала провести час. Погода была прекрасная, солнце и легкий ветерок, любимая погода султанши, поэтому сама она светилась как утреннее солнышко.
Когда они дошли до беседки, Михримах осторожно села на диванчик, поправляя платье и взяла из рук одной из рабынь кубок с щербетом и одновременно указывая Айнур на большую подушку возле дивана. Традиции не позволяли простой рабыне сидеть рядом с султаншей, особенно если кто-то мог это увидеть. В покоях Михримах позволяла себе немного нарушать традиции. Например Фирузе всегда сидела рядом, заплетая ей особенно красивую косичку, а не стояла. Султанша хоть и была воспитана в османских традициях, была более близка своей матери по характеру, чем отцу, хотя от отца она пожалуй взяла рассудительность и сдержанность. А может быть, она просто старалась выглядеть такой.
- Айнур, мне нужна способная и верная рабыня., взамен той, что предала меня. Она была отослана из дворца и больше никогда не увидит ни его, ни повелителя, ни меня. Если ты согласишься, я буду требовать от тебя только одного - преданности мне и лишь мне. Ты сама сплела эту красивую прическу, Айнур?
Конечно, у нее не было секретов от ее семьи, только лишь то, что на сердце.

+1

5

Невероятно трудно заставить себя не поднимать глаз, когда так хочется рассмотреть любимую дочь самого Сулеймана. Женская половина дворца ассоциировалась у славянки скорее с каким-то большим курятником, нежели с настоящим домом. Здесь крайне трудно было сохранить хоть что-то в тайне от  болтливых ртов и слишком уж чутких ушей: всего несколько дней, и Айнур была уже в курсе абсолютно всех дворцовых сплетен, даже при том, что совершенно ими не интересовалась.
Если говорить честно, то внимание Госпожи в некоторой степени настораживало, мысленно девушка уже пыталась припомнить собственные проступки и ошибки, и, либо, слишком уж была к себе благосклонна, либо, действительно, ее поведение нареканий не вызывало.. так что теперь оставалось лишь теряться в догадках.
Остальных девушек отпустили, а Неждана так и осталась на своем  месте, все в той же позе, призванной выражать почтение здешним князьям…
- Михримах Султан. Блондинка несколько смутилась, невольно краснея и не сдержав извиняющихся интонаций, ответила:
- Простите, Госпожа, я еще не настолько хорошо владею вашим языком, иногда путаюсь, не хотела оскорбить вашего достоинства. Однако по всему выходило, что дочь Султана не оскорбилась бестактностью очередной чужеземки, но все же было крайне неприятно осознавать, что где-то допустила ошибку, слишком уж привыкла Февронья быть во всем первой. Конечно, эти несколько месяцев княжна честно старалась смирить свой гордый нрав, однако то, что впиталось с молоком матери не так-то просто изжить…
- Пройдись со мной в сад, погода сегодня чудесная.  Совсем не просьба, скорее, вежливый приказ, кому, как ни Неждане знать, что имеющие власть редко о чем-то просят, скорее уж воспринимают, как данность.. другой вопрос, что раньше девушка об этом не задумывалась, осознание пришло совершенно недавно, как раз вместе с изменениями в жизни. Остается только покорно склонить голову в знак согласия, выдержать приличествующую случаю паузу и торопливо пятясь назад, к своему небольшому сундуку, не глядя вытащить из него скромную темную вуаль, быстро набросив ее на голову на манер привычного платка, только вот не завязывая узлом, а позволяя широким концам красивыми волнами спуститься на иноземное, такое непривычное платье.
В другой ситуации славянка бы обрадовалась подобной милости, вот только сейчас не отпускало напряжение и чувство настороженности: слишком уж хорошо успела Айнур усвоить, что в этом мире никто не окажет тебе милости, не потребовав ничего взамен…
Говорили, что дворцовый сад был невероятно красив, но сейчас блондинка совершенно не смотрела по сторонам, все силы уходили на то, чтобы сохранять внешнее безразличие к окружающей обстановке. Наконец, Михримах – Султан устроилась в одном из павильонов, и рабыне, пришлось присесть у ног той, повинуясь приказанию. Только не поднимать глаза.. смотреть в подол ее платья, только туда, - мысленно уговаривала себя Февронья в очередной раз смиряя собственное «Я», заставляя подчиниться непривычный к подобному разум.
Неловкая пауза, но княжна все равно не имеет права заговорить первой, без позволения или вопроса со стороны Госпожи
- Айнур, мне нужна способная и верная рабыня., взамен той, что предала меня.  Рабыня, - казалось, где-то глубоко внутри плеснули кипятком, хотелось вскочить, наплевав на все правила этикета. Сказать, возразить, поспорить, - Кто ты, девочка, моя ровесница, госпожа… уж, явно, не выше меня по происхождению, и почему я должна кому-то прислуживать, - ногти впились в ладони, боль отрезвляла, вымывая остатки бушующего внутри огня холодным потоком благоразумия. Теперь я никто…а это шанс хотя бы на иллюзию светлого будущего, насколько это вообще может быть возможно в условиях подобной жизни.. Глупо отказываться от того, что тебе даруют Боги.
Пришлось приложить некоторые усилия, дабы голос звучал ровно и уверенно, даже с некоторыми нотками почтения и волнения.
- Госпожа моя, это величайшая честь для такой, как я, благодарю вас, - заставить встать себя на колени перед сидящей девушкой и коснуться губами подола изящно вышитого платья теперь уже своей Госпожи. Не знаю, как здесь, но у нас княжеское слово считается самым крепким, - закусить губу, понимая, что сболтнула лишнего, искренне надеясь на то, что Михримах не обратит внимания на подобную вольность, с огромным облегчением перевести тему, когда султанша поинтересовалась затейливым плетением на ее волосах.
-Да, Госпожа, это просто, я умею делать и наиболее сложные плетения, просто не всегда удобно убирать свои собственные волосы, требуются руки постороннего человека, - подняться никто не разрешал, так что, пришлось застыть у ног хозяйки.

+1

6

- Обычно шах - это часть имени девочек, рожденных в семьях, родственных султану. Например, если у меня родиться дочь, когда один из моих братьев станет султаном, дай Аллах Повелителю долгих лет жизни... При этом Султанша подняла руки на уровне лица, ладонями к себе и снова опустила на свои колени.
- То она сможет назвать своих детей именами с этой приставкой. А может и не называть, такая традиция, но они все равно буду султаншами и Шехзаде.
Михримах конечно слышала слова рабыни, она умела слушать и делать свои выводы. Потом она попросит Агу рассказать о ней, ведь каждая наложница попадая во дворец, приходит с историей, о ней выясняют все, что могут. И иногда работорговцы придумывают настоящие легенды. Михримах, например, знала о матери лишь то, что ей рассказывала сама Хюррем. Будучи еще ребенком султанша знала, что Валиде была обычной рабыней, но Михримах родилась султаншей и останется ей. И не она будет приклонять голову перед своим будущим мужем, а он перед ней, так было и так будет.
- Айнур, расскажи мне о себе. Где ты жила, кто были твоя семья. Может быть ты из тех же мест, что и Валиде, ей тоже будет интересно это послушать.
Но ее мать не была княжной, она была дочерью священника, а теперь стала ревностной мусульманкой. Она хотела верить в тоже, во что и верит Повелитель. Это было наверное весьма трогательно. Михримах тоже могла многое рассказать о своей жизни, ей казалось, что ее увлечение Ташлыджалы было настоящим приключением. Ведь они даже тайно встречались в саду, что бы поговорить, и как она была счастлива, когда они с Валиде и Повелителем приехали погостить в Манису на рождение Негрисшах. Теперь у султана была в семье еще одна девочка, только внучка, а не дочь. Михримах - единственная дочь повелителя, его сокровище.
- Расскажи мне, о чем ты думаешь, о чем мечтаешь. Мне так редко удается поговорить с кем-то по душам.
После случая с Ташлыджалы Михримах старалась все держать в себе и не рассказывать никому о том, что она чувствовала. Если она писала кому-то, то сама передавала письма, больше не прося кого-то исполнить это. Ведь в гареме всегда очень сложно сохранить свои секреты. Если простой рабыне этого нельзя сделать, то султанше и подавно. Михримах находилась в таком возрасте, когда за ней очень пристально следили и оберегали. Она ни в коем случае не могла остаться с мужчиной наедине, с ней всегда кто-то был. Но окруженная рабынями и султанской стражей Михримах часто была одинокой, особенно сейчас, когда Валиде была во дворце в Бурсе.

+1

7

Невозможно убежать от того что внутри нас.

Внимательно слушать, честно пытаясь разобраться в незнакомой и абсолютно непонятной терминологии, стараться запомнить, заучить, чтобы больше не повторить настолько досадной ошибки. Если бы у султанши был более вспыльчивый норов, то рабыня наверняка бы была уже наказана за собственную бестактность, иногда хватало самой малости, чтобы навлечь на себя гнев господ – уж эта простая истина действовала абсолютно во всех уголках необъятного мира.
-Айнур, расскажи мне о себе. Где ты жила, кто были твоя семья, – очередной вопрос заставляет вздрогнуть и до побелевших костяшек сжать кулаки, пытаясь отрешиться от воспоминаний, мучивших и истязавших на протяжении последних месяцев. Трудно сказать, что побудило блондинку открыться, вполне возможно, простое желание выговориться и поделиться хоть с кем-то накопившейся болью, или просто вернуть себе частичку такого светлого и замечательного прошлого, утраченного навеки… наверняка, не последнюю роль сыграло и то, что Госпожа была ровесницей Айнур, и примерно равной по положению…
***
Дмитровская земля – маленькая, но такая любимая родина. Княжеский род был едва ли не последними, почитавшими языческих богов, вполне естественно, в тайне от окружающих. Дети были крещены и носили так же христианские имена, однако употребление старых языческих имен в быту никого не настораживало: слишком сильны были еще на Руси  древние  традиции. Единственная девочка среди шести старших братьев, но не самая младшая в семье, вторая по старшинству. По всем гаданиям выходило, что боги даровали князю сына – помощника и воина, однако, родилась девочка, которую и нарекли Нежданой. Однако отец не расстроился, сколько себя помнила Февронья, столько видела ласку и заботу от родителей да братьев. Все было просто замечательно, пока не посватался к ней молодой московский княжич, наследник рода, да только отказал батюшка жениху, слишком уж не желал отдавать власть в руки москвичей, жаждущих заполучить земли здешние. А через некоторое время нашелся достойный кандидат в мужья для молодой княжны: сын воеводин, молодой чернявый Василий. О любви никто из них даже не помышлял: чувства – непозволительная роскошь, когда речь идет о власти и благоденствии рода, но дружеские отношения между суженными все же сложились. Да только кто же знать мог, что Москвичи обиду затаили и решили обманом завладеть чужой вотчиной… Чужая рать действовала подло и беспощадно: не щадили никого: даже младенцев, Неждана смогла спастись по нелепой случайности или капризу Богов, как ни назови, а все едино… Княжну Дмитровскую нашли в лесу и, разобравшись, кем является девушка, решили наказать за непомерную гордость… Дальше воспоминания обрывались…
***
- Потом уже помню только, как несколько раз пыталась убить себя, помню незнакомого мужчину, который с самодовольной улыбкой объяснял мне нынешнее положение вещей и многочисленные уроки  учителей его терема, а потом я оказалась здесь… Голос оставался ровным и бесстрастным: гордость никогда не позволила бы показать собственной слабины, боль нахлынет потом, вместе с темнотой, когда в спальне потухнет свет и остальные девушки заснут…
- Госпожа моя, о чем я сейчас могу мечтать, вы обратили свое внимание на такую неопытную, как я, это самый замечательный из возможных путей, мне гораздо лучше от того факта, что я должна служить знатной особе. Ноги уже затекли, однако Айнур так  и не поднялась с колен.

+1

8

Михримах слушала рассказ девушки, очень искренний, как ей показалось. Она охнула, когда Айнур сказала о том, что пыталась расстаться с жизнью. Для Султанши это был один из самых страшных грехов. Ни при каких условиях Аллах не примет в свое царство душу самоубийцы.
- Айнур Хатун. Когда моя Валиде, Хюррем Султан попала во дворец, ее ждало много испытаний. И даже когда Повелитель обратил на нее внимание, неприятностей стало только больше. Жизнь в гареме будет для тебя радостной лишь в том случае, если ты будешь искренней со мной. Рассказывай мне все свои беды, я всегда помогу тебе. Ради мира в гареме мы должны быть очень внимательны к наложницам, нельзя поощрять ссоры и склоки. Хотя в большинстве своем наложницы живут в мире и согласии, моя Валиде стала законной женой Падишаха, Повелитель освободил ее. Теперь ты, как и все девушки в гареме - рабыня нашего повелителя. Если он не обратит на тебя внимания, тебя выдадут замуж, причем дадут выбор из трех достойных мужчин. Но так, как ты теперь принадлежишь мне, я сама решу твою судьбу в нужное время, а может быть судьба решит все сама.
Последнее Михримах произнесла с какой-то особенной грустью. Конечно весь гарем усилиями дочери Шах Султан уже знал о том, что Рустем Паша просил ее руки у Повелителя, осмелился просить. Султанша сжала тонкими пальчиками нежную ткань своего василькового платья. Но внезапно ее внимание привлекла процессия из Шехзаде, ее старшего брата и его дворцовой стражи. Мехмет кажется специально искал ее, возможно узнал обо всем, не исключено, что из того же источника, это было заметно по его выражению лица. В детстве когда он хмурился, это выглядело весьма забавно, но теперь, когда Мехмет превратился в мужчину, это выглядело весьма прилично.
Михримах тут же изменилась в лице, она улыбнулась и поднялась с диванчика, проходя вперед, услышав как позади зашелестело платье рабыни.
- Мехмет, брат мой.
Кажется между ними больше не было той соревновательности, какая была, когда они были детьми. Сейчас все было иначе. Брат поцеловал ее в щеку и встал напротив.
- Вижу ты уже слышал...
Грусть в голосе Михримах белы неприкрытой.
- Если бы я могла поговорить с Повелителем.

+3

9

Мехмет всегда был скуп на выражение чувств на людях, только в кругу семьи. Он улыбался, когда виделся со старшим братом - Мустафой, они были очень близки, и в будущем, все считали, что Мехмет станет полководцем и будет вести кампании от имени Мустафы. Но конечно не все во дворце так думали. Валиде считала, что Мехмет должен стать следующим правителем мира. Ее можно было понять, ведь чем старше становился Шехзаде, тем понятнее для него становились скрытые традиции. Когда он узнал, что в гареме шепчутся о будущей свадьбе Михримах и Рустема Паши, Мехмет просто не мог пропустить это мимо своих ушей. Ведь он тоже знал об увлечении сестры Ташлыджалой, а потом и Бали Беем. И ведь она скрыла от матери беременность его наложницы и уговорила его сделать единственно верное решение, но потом Валиде все равно прознала обо всем, и им с Махримах очень сильно досталось. Тогда Валиде даже сказала о том, что Мехмет никогда не уедет в санджак, что будет рядом с ней всегда. Но Шехзаде знал, что это было неосуществимо, он должен будет покинуть дворец Топ Капы, причем уже совсем скоро. Повелителю осталось только выбрать ту провинцию, в которой Мехмет станет наместником.
Когда он увидел сестру, по грусти в ее глазах понял, что гаремные сплетни имеют под собой почву.
- Михримах.
Он обнял ее и поцеловал в щеку. Любимая младшая сестра, казалось бы, всегда была для него старшей, а не наоборот, и только сейчас он ощутил, что все ее силы словно испарились.
- Еще ведь ничего не ясно. Повелитель так балует тебя, что не позволит решить судьбу твоей свадьбы без твоего согласия.
Ему хотелось утешить сестру, видеть ее несчастной еще то наказание. Мехмет посмотрел через плечо султанши, обратив внимание на юную рабыню, которая была в простой джалабии, хотя все рабыни Михримах всегда были одеты не хуже, чем любимицы Повелителя. Она дарила им платья и драгоценности. Видимо сестра наконец решила найти замену Фирузе. Мехмет не очень помнил ту историю, а все потому, что в тот момент их отношения с сестрой больше напоминали выгоду. Ты замолвишь за меня слово перед повелителем, а я не скажу про твои тайные встречи с Ташлыджалы в саду. Михримах всегда могла выпросить у Повелителя все, что угодно, даже невозможное, в то время, как с Шехзаде всегда были намного строже.
Мехмет жестом показал сестре, что не против сесть, и когда они расположились на диванчике, повернул к себе лицо Михримах, на мгновение взяв за подбородок.
- Не грусти, не могу видеть тебя такой. Хатун... Шехзаде позвал ту самую рабыню.
- Подай нам щербет.
Стол конечно был накрыт перед тем, как Михримах пришла сюда.

+3

10

Когда слабость схынула, блондинку затопило жгучей волной стыда: никогда еще, никто за все эти месяцы не мог добиться от Айнур ни единого слова о прошлом. Калфы, обучавшие ее  еще в доме дарителя, не смогли выведать ничего, кроме того, что рабыня была особой знатной и требовала особого обращения, да и это стало известно только со слов хозяина дома. Теперь же выходило, что княжна нарушила данное себе обещание, окончательно упав в собственных глазах. Как глупый кутенок, приласкали, вот руки и лижет, совершенно не понимая, что для мимо проходящего эта ласка совсем ничего не значит. Продала ты себя, Неждана, за мнимое уважение и понимание, чтобы не случилось, а в глазах здешней княжны ты всегда будешь вещью, бесправной глупой девкой, невольной в собственной судьбе, - на краткий миг горькая усмешка исказила губы, но рабыня поспешила спрятать собственные эмоции за прежней маской почтения.
Но, вопреки ожиданиям, Михримах и не подумала смеяться над судьбой неудачницы, а это, даже поражало, если признаться. Из глубины поднялась теплая волна благодарности, и девушка, вновь коснулась подола платья Султанши и Госпожи губами и лбом.
- Для вас я чистый лист, моя Госпожа, вы вольны поступать со мной так, как посчитаете нужным, я же буду стараться во всем услужить вам, никаких тайн не будет, клянусь своей жизнью…
Печаль ровесницы не укрылась от княжны, только вот не в ее положении пытаться вразумить и успокоить. Конечно же, Февронья могла говорить долго: о пользе для рода, о том, что человек не может жить только ради собственных интересов и желаний, что каждый член семьи – это лишь маленькая частичка чего-то большого, как, к примеру, пчелы в улье, где каждая трудится ради процветания всех остальных. Хотя, Неждана уже успела убедиться, насколько здешние порядки отличны от  привычных. А может быть, дело здесь было даже и не в воспитании княжны а в том, что девушка так и не успела узнать настоящей любви. Смешно сказать: они всего лишь несколько раз виделись с женихом, Василий даже не пытался ее поцеловать, да и самой княжне это было и не интересно, если уж говорить откровенно…
Настроение Госпожи быстро изменилось, и лишь, когда султанша направилась куда-то в сторону сада, Айнур позволила себе встать, и переместиться в один из темных уголков. Теперь стала ясна причина улыбки Михримах: брат… Нет, за те несколько дней, проведенных в стенах гарема, девушка только единожды видела мужчину (евнухи в расчет не шли, вполне естественно), этим мужчиной был сам Сулейман, который так и не удостоил ее и другие дары собственным взглядом. Теперь же удалось увидеть еще одного представителя рода Османов… Судя по их общению, брат, если я правильно помню, все же старший: Шахзаде Мехмет. Братскую нежность никогда ни с чем не перепутаешь…
Крайне неуютно было понимать, что невольно стала свидетелем чего-то личного и сокровенного, сейчас рабыня замерла в почтительной позе, опустив глаза на подол собственного платья, но невольно успела поймать взгляд юноши, моментально заливаясь краской… Все силы уходили на то, чтобы откровенно не разглядывать местного княжича.
- Хатун... Несколько секунд уходит на то, чтобы понять, что обращаются именно к ней, подойти, изящно поклонившись. - Подай нам щербет. После очередного секундного замешательства припомнить, что так здесь называют вкусный освежающий напиток, неожиданно тряскими руками поднять тяжелый серебряный кувшин, наполнить чаши, одну из которых с поклоном протянуть Султанше, а вторую Шахзаде, только вот, тряские руки, почему-то подводят и тяжелый кубок выпадает из рук, заливая подол белого простого платья рабыни. Счастье еще, что не пролила ни капли на Господина,  - мелькает в голове. Опасаясь гнева остается только замереть, прошептав извинения и застыть покорно ожидая наказания…

+2

11

- Не переживай, брат, я не выйду замуж на Рустема Пашу. Если бы я знала, чего Валиде добивается этим браком, но даже Повелитель считает его достойным.
Михримах была уверена в своих словах, ах если бы юное сердечко знало, что стоит только ему разбиться на мелкие кусочки, она сможет принять решение, которое порадует мать. Умом она понимала, что этот брак поможет карьере преданному Валиде Паши, а если и совет дивана будет в ее руках - Мехмет и другие ее братья будут в безопасности. Но сейчас Михримах была готова принять помощь даже от Шах Султан, которая передала повелителю, что султанша не хочет этой свадьбы. Утопающий в болоте схватится даже за змею.
- И я не буду грустить, Мехмет.
Она снова улыбнулась, настроение от такой трогательной заботы брата шло в гору. Она приняла кубок с щербетом из рук Айнур и только пригубила его, как стала свидетелем весьма примечательной картины. Ее знатная рабыня, как она стала называть ее про себя, уронила кубок с щербетом, забрызгав свое платье.
- Айнур, тебе нездоровится?
Михримах и правда не на шутку обеспокоилась состоянием девушки. Она уже собиралась сказать ей, чтобы она позже сходила к лекарю, как заметила легкую улыбку Мехмета, тот словно не первый раз видит подобную картину. Тут уже сама Михримах улыбнулась, прекрасно понимая суть происходящего. Айнур просто разволновалась, ведь Шехзаде был юношей очень красивым, конечно раз его мама Хюррем Султан, а отец сам Повелитель мира.
Михримах чуть подалась вперед, и тихо произнесла.
- Айнур, налей еще один кубок.
Шепот словно был заговорщицкий, как будто она говорила с подругой, ведь именно таких отношений она хотела с Хатун, когда никого рядом не будет. И она поклялась, что никаких тайн между ними никогда не будет. Ни одна из ее рабынь не могла похвастаться подобной клятвой, но ни от кого сама Михримах никогда подобного не требовала. Султанша выпрямилась, украдкой разглядывая брата, только сейчас сообразив, что Айнур тоже весьма симпатичная девушка, к тому же ее светлые волосы были почти такой же редкостью, как рыжие локоны Валиде. И было что-то в этих русинках, как казалось самой султанше, словно они пришли из сказки, которые ей в детстве рассказывала мама. И та колыбельная, о которой она ненароком вспомнила именно сейчас. Взгляд Михримах на мгновение стал мечтательно задумчивым. Ах, детство-детство, где ты осталось.

+2

12

Мехмета в его возрасте и положении волновал только один вопрос - когда он поедет в санджак, и в какой именно. Он уже не в первый раз говорил об этом с отцом, намекая, что Мустафа уехал в Манису, когда был даже моложе. На что Повелитель отвечал лишь тем, что Мехмету нужно научиться терпению. Да, терпения у него было в малом количестве. Если он хотел поговорить с братом Мустафой, что-то сказать ему, то мог сделать это не взирая даже на заседание дивана. Мог выйти вслед за ним только потом понимая, что сделал непозволительную вещь, и приходилось извиняться перед отцом. А чего стоит тот случай с беременной наложницей. Когда Валиде узнала, что он скрыл этот факт, да еще ему помогал Ага и Михримах оказалась вмешенной в эту историю не по своей воле. Она помогла ему принять решение, но гнева Валиде они все равно не смогли избежать. Хюррем Султан могла помочь ему, как она сказала, могла отослать девушку, чтобы она родила ребенка и избежала позорного аборта, но все это были лишь отговорки, Валиде никогда не пошла бы против традиций.
- Ну вот, это совсем другой подход. Аллах уготовил нам дорогу, которую мы должны пройти от начала и до конца. И никто заранее не знает, какой путь это будет.
Мехмет протянул руку за кубком и с удивлением заметил, как девушка не смогла выполнить просьбу Михримах. Капли щербета испачкали ее аккуратное платье. Она замерла, словно ожидала, что ее будут ругать или накажут. Если бы такое произошло при повелителе, наверняка Хатун бы ждал выговор наставницы в гареме, но сейчас это казалось просто забавным происшествием.
Такая красивая, и в таком простом платье. Она будет смотреться намного лучше, когда Михримах ее переоденет.
Шехзаде поднял глаза на своего стражника и едва заметно кивнул ему. Тот ушел в сторону дворца, чтобы найти Агу и передать ему приказ Шехзаде. Стражник узнает, обделил ли султан вниманием эту Хатун или же нет. Ответ и решит ее судьбу. Ага незаметно от остальных (если это вообще можно сделать в гареме) подготовить девушку для хальвета с Шехзаде, и этот испуганный ягненок явится в его покои, совсем в другом одеянии и с красивыми украшениями в волосах. И возможно она станет девушкой, которую будут называть любимицей Шехзаде. Конечно на этаж фавориток ее не переселят, но возможно она войдет в число девушек, которых отправят с ним в санджак. И опять Михримах придется искать себе новую рабыню. Что ж, Михримах переживает и это.

+2

13

Время тянулось мучительно-долго. За всю свою короткую еще жизнь Неждана так боялась всего лишь один раз. Когда в десятилетнем возрасте увела из конюшни отцовского боевого скакуна,  вороного и невероятно норовистого Уголька. Сначала все шло вполне себе неплохо, пока у гордого животного не закончилось и без того небогатое терпение. В общем, после бешеной скачки богатырский конь скинул неопытную наездницу в дремучей лестной чаще. Ох, и досталось тогда неразумной княжне от изрядно струхнувшего, но от того не менее строгого батюшки. Нет, ее никогда не били, но вот ноги после гороха болели еще долго, да и родители стали гораздо строже с затейницей-дочерью…
Трудно просто стоять, ожидая дальнейшего исхода: вполне возможно, что ее серьезно накажут, помогите тогда Духи-Хранители пережить этот позор… Хорошее начало служения, и говорить нечего...
- Айнур, тебе нездоровится? Видимо, сегодня Боги пожалели и без того уже наказанную девушку. Удивительно, но, вместо нареканий, в голосе Госпожи только забота и беспокойство.. Это так… непривычно., но все же определенно приятно. Может быть, здесь действительно, не так плохо, как мне казалось, Михримах такой же человек, как и я.. Только хватило бы меня самой на то, чтобы сочувствовать какой-нибудь своей чернавке., а уж тем более, если она бы стала моей полноправной добычей.
- Все в порядке, Госпожа, - еле слышно и смущенно, - Я не стою вашего беспокойства, это была досадная случайность, еще раз простите вашу неловкую рабыню. Короткий поклон, и, повинуясь, то ли совету, то ли приказанию, обуздав собственное волнение, наполнить кубок, медленно и не торопясь обойти стол.
Не поднимая взгляда на княжича, с поклоном, как можно осторожнее, передать тяжелую, как сейчас казалось, чашу, не сдержав тихого вздоха облегчения, вновь занять полюбившееся местечко в дальнем углу, стараясь даже не вслушиваться в беседу брата и сестры. Мысли невольно вернулись к испорченной одежде. Конечно, Айнур в некотором смысле повезло, ведь, в отличии от многих, у нее был хоть и не большой и скромный, но все же свой запас вещей, которыми снабдил ее даритель. Конечно же, большинство платьев были крайне простыми, пожалуй, только одно можно было назвать нарядным: то самое, голубое, как утверждали Калфы, невероятно подходившее к ее непривычной здесь внешности. Так или иначе, а теперь Неждана была не в том положении, чтобы разбрасываться тем, что имеет, и даже такая скромная потеря расстраивала, если уж говорить откровенно. В то же время, девушка понимала, что во всем виновата только она сама, так что и нечего сетовать, нужно просто принять все так, как есть…

+1

14

- Аминь, Мехмет, Аминь.
Задумчиво произнесла девушка, соглашаясь с высказыванием брата. Самой ей хотелось знать, что ждет ее впереди, так было бы гораздо легче. Михримах не хотела признавать, что ее детская любовь к Малькочоглу безответна, она была уверена, что он тоже что-то чувствует к ней. Но будущее покажет ей, что он намного искушеннее, и видит в ней только ребенка, которую в свое время пытался отучить от боязни седлать лошадь после падения. Одна из рабынь султанши подошла к ней и наклонилась к уху.
- Госпожа, прибыла Пахрие Хатун, привезла ткани.
Возможность отвлечься показалась султанше заманчивой перспективой, поэтому она поднялась, и Шехзаде повинуясь традициям тоже поднялся. Это было весьма забавно, ведь в будущем, если Мехмет станет султаном, она будет преклонять голову перед ним и называть Повелителем.
- Мехмет.
Она улыбнулась и кивнула Айнур, на мгновение бросив на нее свой взгляд. Забавно было наблюдать явную заинтересованность брата в сторону молоденькой наложницы. Что ж, если Айнур именно такая, какой хочет казаться, она могла бы стать неплохой парой для шехзаде. Преданность, кротость и уважение традиций, именно такой хотели видеть будущую мать шехзаде и султанш.
Михримах направилась в сторону дворца в приподнятом настроении. Когда они вошли в покои сутланши, Айнур могла оценить разницу гаремной общей комнаты и личных покоев дочери Повелителя, которые состояли из двух комнат и просторной диванной.
В покоях уже ждала Хатун, разложив на полу, на огромном ковре принесенные ткани. Она почтительно склонилась и через секунду же стала причитать о том, что сразу же принесла все самые прекрасные ткани такой же прекрасной луноликой султанше. Михримах жестом прервала ее словоизлияния и обойдя ковер села на диванчик. Рабыни тут же стали перебирать ткани, показывая каждую султанше, та только кивала на понравившуюся ткань, которую отдадут портнихе, для того, чтобы она вышила платья принцессы драгоценными камнями, шелками и самым лучшим кружевом.
- Это нет ... стой ... верни его.
Красный никогда особенно не нравился юной Михримах, это был цвет ее матери, Махидевран Султан тоже его любила, но предпочитала более вишневые его оттенки. Для луноликой же всегда выбирали более легкие цвета.
- Айнур подойди. Этот цвет тебе пойдет. Возьмешь ткань, отнесешь гаремной портнихе. Скажи, что я велела сшить тебе из него платье. Пусть сошьет тебе летящее платье из этой невесомой ткани. Пусть ворот отошьет легчайшим кружевом и выделит талию. И возьми вот этот желтый шелк, пусть сделает платье на каждый день.
Михримах мягко улыбнулась и чуть приподняла подбородок, ей понравился собственный прядок слов. Будто бы она прозрачно намекнула на тот факт, что красная ткань пригодится для особого случая.

+1

15

Чтобы хоть как-то отвлечься от собственных мыслей, девушка разглядывала сад. А он, действительно, был прекрасен, в ее краях никогда не было подобного, но Неждана очень любила лес, была и собственная излюбленная полянка, где в летние месяцы росла сладкая, хоть и мелкая земляника, которую так любила княжна. Вот бы сейчас бросить все и просто прилечь на мягкую траву, позволяя сладковато-терпким запахам цветов и зелени сморить, увлечь в легкую дрему, но теперь это непозволительная роскошь. Время ребячеств прошло, никто больше не станет мириться с твоими глупыми выходками, пора бы уже повзрослеть, - мысленно осадила себя рабыня. Теперь уже нужно хвататься за предоставленный шанс, делать абсолютно все, дабы вновь не упасть, этого и без того раненная гордость просто не переживет…
Легкий кивок Михримах Султан невольно вызывает мимолетную ответную улыбку, которую приходится торопливо прятать от взглядов остальных, где-то в глубине души, невольное уважение, и мысль о том, что такой Госпоже не зазорно служить даже княжне. Покорно следовать за султаншей до самых покоев, невольно остановиться у дверей, разглядывая богатое убранство, непривычно отличающееся от стен родного терема, где обыкновенно преобладали дерево и волчьи шкуры – охотничьи трофеи батюшки.
Стоит ли говорить, что общие комнаты были гораздо беднее этих покоев, но вполне понятно, что рабыни не должны забывать о своем положении, такая роскошь не предназначена для обыкновенных девушек.
Было даже интересно наблюдать за подбиравшей ткани Михримах, хоть и не во всем Айнур была согласна с ее выбором, в прочем, ее мнения никто не спрашивал, значит, следует промолчать…
- Айнур подойди. Приблизиться с изящным поклоном, принимая совершенно незаслуженную награду. Закусить губу, но все же решиться не только поблагодарить, но и предложить..
- Вы очень щедры, Госпожа моя. Я ничем не заслужила подобной милости. Позвольте сказать, - тряскими руками вытащить из не понравившихся султанше отрезов тонкую, крайне приятную на ощупь ткань цвета темной листвы, - этот цвет пошел бы вам, если бы Госпожа позволила бы мне расшить его серебряной нитью, тем самым разбавив его мрачность. Оставалось только гадать, сойдет ли с рук очередная наглость, но остальные служанки Михримах замерли, неодобрительно косясь на новенькую, одаривая холодными улыбками испачканное платье, только вот Февронья старалась не обращать на посторонних никакого внимания, в конце концов, Госпожа просила ничего от нее не утаивать, почему же, не начать с такой малости?! 
Кажется, что красная ткань обжигает, не хуже пламени. Символично, цвет, означающий смерть и перерождение, цвет свадебного покрывала, которым меня накрывали в последнюю ночь дома, с того момента от меня отвернулись Хранитель нашего рода. Теперь я, как неприкаянный дух, буду бродить по матушке земле не зная Покровителя.. Может мне удастся родиться вновь на этой земле? Пора привыкнуть, что Неждана перестала существовать, теперь есть Айнур…

+2

16

Михримах так увлеклась выбором ткани, что не сразу сообразила, что девушка помимо благодарности еще и хотела что-то сказать.
- Говори.
После того, как Айнур вытащила из вороха отвергнутых тканей сначала не приглянувшийся султанше отрез, Михримах едва заметно сдвинула брови и протянула руки в темно-зеленой ткани.
- Оставьте нас.
Рабыни тут же выполнили приказ, и Михримах провела пальцами по предложенному отрезу, а потом подняла взгляд на девушку.
- Такой цвет очень любила Валиде Султан, покойная мать Повелителя. Я была ребенком, когда она предстала перед Аллахом. Я помню ее величественную осанку, манеру держаться. Она была настоящей, как у вас говорят ... коро-левой? Ты правда сможешь расшить ткань серебряной нитью?
Воспоминания унесли Михримах в прошлое, в детство, когда Валиде казалась ей величественной и непостижимой женщиной. Она помнила, что ее мать и Валиде Султан не очень ладили между собой, но помнила, как Хюррем Султан плакала во время прощания с Хафсой Султан.
- Хорошо, сделаем платье из этой ткани как можно скорее. Рукава не будем делать прозрачными, оставим ткань на все платье, ее хватит?
Михримах снова изменилась в лице, стала заинтересованной и веселой, как бывала обычно. Воспоминания хоть и были грустными с одной стороны, но напомнили ей, кем она является. Она была рождена госпожой, так пора начать вести себя и выглядеть, как госпожа. Все эти прозрачные рукава должны остаться в детстве и в гареме у наложниц, у которых не хватает ткани на полноценное платье.
Михримах поднялась, сошла с возвышения, на котором располагалась диванная и прошла к зеркалу, поправляя локоны волос на своих плечах.
- Скажи, Айнур, ты считаешь моего брата Мехмета красивым? Наложницы в гареме много ли сплетничают о нем, мечтают ли, чтобы он обратил на них свое внимание?
Вопрос с подвохом? Наверняка. Михримах считала всех наложниц только птичками, которые мечтают стать не воробушком, а гордой птицей. Кто-то грезил занять место Валиде, а кто-то надеялся обратить на себя внимание Шехзаде. Но так, как Мустафа уже отбыл в санджак, остался Мехмет. Многие считали, что Хюррем Султан сделает что угодно для того, чтобы именно ее сын взошел на престол. Хоть Валиде не говорила ей этого прямо, но дала понять, что сила ее - в них, в ее детях, а сила Михримах Султан - в шехзаде Мустафе.

+1

17

- Оставьте нас.  Вот теперь сердце действительно ухнуло вниз. Неждана уже успела пожалеть о том, что так бесцеремонно раскритиковала выбор госпожи. Ну чего стоило просто промолчать?! У каждого человека свои предпочтения, и не рабыне указывать и делать замечания. Скорее всего, подобное своеволие уже не сойдет с рук так просто, как оплошность с шербетом.
Внезапное откровение ровесницы в очередной раз удивляет. Почему-то гораздо проще, вот так, оставшись вдвоем, уже смелее смотреть в лицо Госпоже, внимательно слушать ее рассказ и терпеливо объяснять.
- У нас нет королев, но батюшка рассказывал, что в далеких землях именно так называют правителей. У нас другие названия: Князь – это что-то типа вашего Султана, наследников называют Княжичами, Княгиня – Валиде, только вот у нас все иначе, у мужчины может быть только одна жена и совсем нет наложниц, хоть и говорили, что в древние времена наши мужчины тоже имели несколько жен. Слова чужого языка трудно подобрать, но, кажется, фраза построена правильно. Увидев грусть в глазах Михримах, постараться успокоить.
- С некоторых пор я мусульманка, но предки верили, что нельзя грустить об умерших. Печаль и слезы мешают душам наслаждаться покоем, не дают вселиться в новое тело.  Вспоминайте свою бабушку с улыбкой, и ей будет хорошо на небе. Многие месяцы только вера в устои предков помогала Неждане мириться с обрушившимися на нее потерями, и сейчас девушка искренне желала помочь Госпоже хотя бы такой малостью.
- А вышить - труд не велик, просто нужно время и нитки, уж узор придумать не трудно, если вы позволите взяться мне за это, то тем самым окажете великую милость своей скромной рабыне. Легонько поклониться, пряча собственное смущение.
А вот вопрос султанши застал врасплох. Как можно ответить, если даже сама не разобралась в собственных чувствах, да еще и та досадная оплошность… Даже, если он мне и интересен, разве могу я рассчитывать на что-то большее, кроме положения временной игрушки… Выдержала ли бы подобное моя растоптанная гордость?! И все же необходимо отвечать, не стоит гневить и без того милостивую Михримах, однажды вольности уже не спустят так легко…
- Госпожа, в гареме много говорят о вашем брате, многие девушки мечтают о малой толике его внимания. Что касается меня, - засмущалась блондинка, - безусловно, Шахзаде трудно забыть, он статен, гибок и прекрасен ликом – истинный муж и воин, это все, что пока могу сказать, ибо сама не могу понять собственных чувств. В любом случае, нам не дано выбирать, остается только покорно принять свою участь.

+1

18

- Нашего султана, Айнур, нашего. Ты теперь принадлежишь гарему Падишаха, это твой новый дом и чем раньше ты забудешь о своем прошлом, тем лучше тебе будет жить здесь.
Михримах обернулась и подошла ближе к девушке, разглядывая зеленую ткань, которую она уже успела передать в ее руки.
- Хорошо, я дам тебе время, а нитки возьмешь у портнихи. Не забудь, она должна еще снять твои метки, чтобы сшить тебе два платья. Одно на каждый день и одно особое.
Михримах не стала вдаваться в подробности, что за особой платье. Султанша просто подумала о том, что если Падишах вдруг заметит девушку, что было не желательно, ей будет что одеть. Но на самом деле Михримах желала видеть преданную девушку рядом со своим братом, хоть и здесь в ней боролись противоречивые чувства. Везде были шпионы Махидерван султан, или преданные Хатидже и Шах Султан люди. Они могли направлять мысли Шехзаде совсем не в те русла, которые требовались. Этого боялась Валиде, этого теперь опасалась и Михримах. Сейчас, когда Падишах был как никогда доволен Мехметом, нужно было сделать так, чтобы это доверие осталось в нем.
- Что я слышу, Айнур Хатун, ты не можешь понять собственных чувств? Твои руки дрожали, когда ты подавала ему шербет. И румянец на твоих щеках говорит о том, что Шехзаде тебе очень понравился. Айнур, я говорю с тобой абсолютно открыто и серьезно, мой брат, Шехзаде, будет оставаться лишь с той наложницей, которая предана его семье. Она всегда без исключения мила и обходительна, чтит традиции и законы. И, возможно, она сможет уехать с ним в выбранную Падишахом провинцию, санджак. Родить маленького шехзаде, и в свое время вернуться в столицу. Мои рабыни, Айнур, должны быть добродетельны, послушны и преданны. И ты права, нам не дано выбирать, иногда мы должны принести жертву во благо тех, кого мы любим.
Последнюю фразу Михримах произнесла чуть тише, словно для себя самой.
- Теперь иди, займись своими новыми делами, но не забывай об уроках. Когда ты будешь мне нужна, я пошлю за тобой.
Теперь ей резко захотелось побыть одной. Михримах нужно было о многом подумать. Более того, остаток дня она собиралась провести если не за чтением и болтовней с рабынями, то за перечитыванием стихов Ташлыджалы, они всегда успокаивали ее, дарили блаженство и очищали разум.

+1

19

Особое? Для чего? – конечно, рабыня вполне понимала, для чего в гареме может понадобиться красивый наряд, только вот думать о подобном совершенно не хотелось. Нет, когда Неждане сообщили о том, что с некоторого времени она сговоренная невеста, девушка безропотно приняла сей факт: так нужно для блага семьи, значит, так и будет. Но как только княжну посветили в здешние порядки, разум блондинки буквально взбунтовался против подобного кощунства. Подумать только, не одна, а множество, не имеющая прав даже на собственного мужа, да и не мужа здесь, чтобы стать законной женой стоит приложить огромные усилия, да и это не может гарантировать прочность твоего положения. Тем не менее, еще в первые дни пребывания на этой земле Февронья дала себе слово во что бы то ни стало добиться наиболее высокого и прочного из положений, возможных в ее ситуации, а, значит, надо принять все так как есть, спокойно и внешне безропотно…
- Благодарю, госпожа, дело и меня отвлечет от ненужных мыслей, и, если на то будет воля Аллаха, вас результат порадует, - упоминание иноземного бога серьезно коробит, но Айнур твердо решила привыкнуть к нынешним порядкам. Следовательно, необходимо переступить через себя и собственную гордость, закрыть рот на замок, не позволяя вслух вспоминать родные края и традиции. Никто не может запретить Февронье мысленно возвращаться в прошлое, в бревенчатые стены родной горницы, где извечно пахло душистой мятой и яблоками.
Похоже, ответ рабыни не особенно понравился султанше, но Айнур была честна, как никогда. Что может сказать девушка, совершенно не искушенная в таком сложном чувстве, как любовь. Конечно, на княжну частенько обращали внимания прихожие молодцы, только вот Неждана не обращала на них внимания, все свое время уделяя прогулкам или рукоделию, недостойно благородной девице глазеть по сторонам и отвечать на заигрывания да подмигивания.
И все же, что-то ее печалит, но что я спросить не решусь, может и узнаю со временем…
- С вашего позволения, Госпожа, - Поклониться и выскользнуть из покоев, прикрыв за собой дверь, совершенно не осознавая, что руки сжимают отрезы ткани.

+1


Вы здесь » Великолепный век » Дорого, как память » «Без истинной дружбы жизнь – ничто» (Цицерон)


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC